Член экспертного совета VIGIL JOURNAL с 30-ти летним опытом работы в нефтегазовой отрасли Артём Евгеньевич Войтович рассказал всю правду Михаилу Ажгиревичу.
Артём Войтович: «Называть это неравномерным распределением - всё равно что говорить, что человек не болен, у него просто неравномерно распределена температура»
- Артём Евгеньевич, давайте сразу начистоту. Официальные лица говорят, что дефицита топлива в стране нет, есть только "неравномерное распределение". Как эксперт с опытом работы на самих НПЗ - вы согласны с такой формулировкой?
- Формулировка для меня странная. Физически бензин в стране есть, суммарного объёма производства теоретически хватает на внутренний рынок при нормальной логистике. Но само слово "неравномерное" частично маскирует масштаб проблемы. Когда в конкретном регионе на независимых АЗС полностью отсутствует бензин, а на сетевых АЗС отпускают бензин только в четные /нечетные дни, бензин продают с ограничением по количеству и времени суток, - это уже не неравномерное распределение, это с сбой цепочки поставок на фоне дефицита на рынке в разных регионах.
- По данным на начало сентября, треть проверенных НПЗ работала с пониженной загрузкой, ещё треть не работала вовсе. Это соответствует вашей собственной оценке ситуации в отрасли?
- Соответствует, и даже в чём-то эта оценка оптимистична. Ситуация меняется ежедневно, и оценки Консалтинговых компаний, опубликованные в августе, где указаны простаивающие мощности в 39% - почти два завода из пяти, на текущий момент не актуальны. Установки первичной переработки - самое узкое место всей цепочки, и когда именно их выводят из строя, восстановление занимает недели и месяцы, а не дни.
- КИНЕФ атакован уже дважды за лето. Что происходит с заводами, которые бьют повторно?
- Специфика чисто военная. В период стабильности НПЗ работают с расчётом на остановки на планово-предупредительные ремонты. Теперь же предприятия вынуждены восстанавливается после каждого удара, частично запускают производство - и тут прилетает повторная атака. КИНЕФ восстановился в июле, а 30 августа его атаковали снова.
- Что с цифрами переработки нефти в целом? Есть оценки, что летом 2026-го объёмы упали до уровня начала нулевых.
- По разным оценкам, в июле-августе переработка проседала до 3,6-3,9 миллиона баррелей в сутки против обычных значений. Полноценного возвращения к нормальным объёмам аналитики не ждут раньше четвёртого квартала.
- АИ-95 в сентябре в среднем стоит порядка 80 рублей, но на независимых сетях цены доходят до 150-200 рублей. Это отражает реальную себестоимость или спекулятивную накрутку?
- Крупные вертикально интегрированные компании держат розничные цены искусственно низкими за счёт демпферного механизма. Независимые заправки таким демпфером не имеют возможности пользоваться, они закупают бензин по совершенно другим ценам, с учетом дефицита на рынке. Это не спекуляция в прямом смысле этого слова, это закон спроса и предложения в условиях реального товарного голода.
- Правительство снизило норматив обязательных биржевых продаж с 15 до 10%, продлило запрет на экспорт. Насколько эти меры реально работают?
- Меры реальные, но у них есть предел. Они регулируют распределение уже произведённого топлива, но ничего не делают с самим объёмом производства. Если самого объёма не хватает, дефицит просто переместится из одной формы в другую.
- А что с разрешением продавать топливо более низких экологических классов?
- Двоякая мера. С точки зрения количества - да, это расширяет доступный объём. Но проблематика более расширенная. С учетом дефицита топлива с высоким октановым числом, автолюбители вынуждены заправляться бензином с более низким октаном, на который современные двигатели не рассчитаны. И помимо потенциального ущерба для экологии возможны и проблемы с эксплуатацией двигателей.
- Прогнозы говорят о постепенной стабилизации к осени за счёт снижения сезонного спроса. Вы разделяете этот оптимизм?
- Частично. Снижение сезонного спроса - реальный фактор, но это маскирует проблему предложения, а не решает её. Мы наблюдаем не решение проблемы, а временное затишье между волнами кризиса.
- Хватает ли сейчас в стране инженеров, способных быстро восстанавливать повреждённые узлы?
- Дефицит квалифицированных кадров существовал ещё до всех текущих событий. А теперь наложите на это оперативное восстановление оборудования в условиях санкционных ограничений на импортные комплектующие. Получается двойной стресс-тест: кадровый и технологический одновременно.
- Насколько адекватно, по-вашему, правительство оценивает масштаб проблемы? По опубликованным оценкам из открытых источников информации примерно 10% мощностей находятся в стадии незавершённого ремонта - это совпадает с независимыми оценками?
- Разница между 10% и теми 25-39%, о которых говорят отраслевые аналитики, слишком велика, чтобы списать её на погрешность методики. Я ранее уже говорил, что ситуация меняется ежедневно, и в период, когда говорили о 10% выведенных из эксплуатации мощностей, эти показатели были реальными. Но в конце августа и в начале сентября, часть производственных мощностей опять была выведена из эксплуатации. Для потребителя на заправке важно наличие бензина и возможность заправиться необходимой маркой топлива, нежели статистика по неработающим производственным мощностям.
- Часто звучит версия, что часть проблем создана искусственно из-за высокого экспорта нефтепродуктов в начале года. Насколько она обоснована?
- Версия имеет основания. Если экспортировать значительные объёмы до основной волны атак, это истощает внутренние запасы ещё до пикового спроса. Атаки на инфраструктуру - это спусковой крючок, а экспортная политика первого полугодия - фактор, убравший у отрасли запас прочности.
- Как вы оцениваете риски того, что ситуация перерастёт в кризис масштаба девяностых?
- Прямых параллелей я бы не проводил: технологическая база кратно совершеннее, компетенции сохраняются на приемлемом уровне, финансовые возможности государства несопоставимо выше. Риск скорее в затяжном характере: если атаки продолжатся полтора-два года, отрасль рискует оказаться в состоянии постоянного догоняющего восстановления. Возможно, стоит добавить наблюдение о региональной специфике: юг страны страдает заметно сильнее центральной России - эта неравномерность и создаёт обманчивое впечатление "отсутствия общего дефицита".
- Что бы вы назвали первым пунктом для стабилизации отрасли?
- Смену самого подхода к планированию. Отрасль слишком долго жила в парадигме мирного времени. Сейчас нужна принципиально иная модель: резервные мощности, дублирующие цепочки поставок, ускоренная подготовка кадров именно под задачи быстрого восстановления, скорректированная зарплатная политика нефтеперерабатывающих предприятий, которая бы позволила остановить отток квалифицированных кадров. В начале июля на заседании правительства Губернатор Забайкальского края предложил восстановить в России сеть мини-НПЗ, подключив к ней малый и средний бизнес. Данное предложение было поддержано со стороны Президента РФ. Эти мероприятия позволили бы организовать более гибкую схему переработки нефти в стране. Но пока эти все мероприятия остаются не реализованными, или частично реализованными. Отрасль должна научиться жить и работать в новой реальности, а не ждать возврата к прежним временам.
.png){kind=icon}
.png){kind=icon}
.png)
.png){kind=icon}
