экономика

Михаил Ажгиревич, главный редактор VIGIL Journal: Утро 18 сентября, и я сажусь разгребать кашу в цифрах, которая неделю гуляет в инфополе. Факт простой. 16 сентября Палата представителей приняла Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026. Счёт - 262 против 159. Сенат одобрил его ещё 7 августа, 86 против 11. Документ лежит на столе у Трампа. Не готовится, не обсуждается - уже лежит.

Выручка и прибыль - обязательные ориентиры при оценке финансового состояния компании, но сами по себе они бесполезны, если не понимать, что именно за ними стоит. Рост выручки может означать захват рынка, а может - распродажу активов; рост прибыли может сигнализировать об эффективности, а может - о разовой сделке, которая больше не повторится. Главный вопрос в том, что привело к изменению этих показателей в каждом конкретном случае - и кто выиграл от того, что вы увидели именно такие цифры.

Соединённые Штаты ведут войну с Ираном и погрязли в затяжных ближневосточных манёврах. И вот теперь они столкнулись с ударом с совершенно другой стороны, от собственного северного соседа. Канада методично разворачивает нефтяные потоки в сторону Китая. Доля США в её экспорте падает до исторического минимума. И происходит это именно в тот момент, когда Вашингтон меньше всего может себе позволить терять доступ к дешёвому и близкому источнику углеводородов.

Цифры канадского разворота: от статистики до первоисточников

Экономика Франции за период с начала 2022 года по сентябрь 2026 года прошла путь от постковидного восстановления до состояния, которое иначе как тревожным не назовешь. Рост съежился до статистической погрешности, долг перевалил за 115% ВВП, а политическая система, кажется, забыла, что такое стабильное правительство. И это не временные трудности - это структурный сдвиг, который финансовым профессионалам игнорировать нельзя.

Российская нефтепереработка проходит непростой год. Но правительство уже развернуло целый комплекс мер, которые постепенно возвращают ситуацию под контроль. Пока часть заводов восстанавливается после атак, власти держат рынок на плаву запретом экспорта, гибким регулированием стандартов и запуском новых проектов, способных закрыть образовавшийся дефицит.

Что происходит на заводах - и что с этим делают

Российские банки и банковская система в целом демонстрируют показатели, которые в развитых экономиках сейчас считаются недостижимой роскошью: двузначная доходность капитала, растущая прибыль и достаточность капитала, обновляющая максимумы. Одновременно сектор балансирует на грани - доля проблемных кредитов достигла отметки, которую аналитики прямо называют формальным кризисом.

Капитал растёт быстрее, чем риски

Долги компании - это как кофе для офисного работника: в умеренных дозах бодрит и повышает продуктивность, в чрезмерных - превращает жизнь в триллер с учащённым сердцебиением и риском инфаркта. Ключевой тезис, который прошивает всю историю корпоративных финансов: долг - критически важный инструмент развития, но его бесконтрольное накопление - прямой путь к финансовой нестабильности и потере контроля над собственным будущим.

Доктрина Монро против Бреттон-Вудса - меня давно занимает этот парадокс. Америка стала самой богатой страной мира не потому, что лезла во все войны подряд, а как раз наоборот - потому что почти сто лет старалась держаться от чужих драк подальше. А вот когда от этого правила отказалась, пришлось строить целую систему подпорок, чтобы удержать нажитое. И вот эта система, на мой взгляд, сейчас разваливается прямо на глазах, причём трещины эти видны уже не только узким специалистам по мировым финансам, но и вполне широкому кругу наблюдателей по обе стороны Атлантики.

Путин на пресс-конференции после саммита ШОС в Бишкеке произнёс фразу, которая должна была прозвучать как разоблачение западного лицемерия, но по факту звучит как констатация давно очевидного факта. Более 99% украинского зерна по зерновой сделке ушло не голодающим африканским странам, а вполне сытой Европе. Запад снова обманул. Вопрос в другом: а с чего мы вообще ждали иного результата от стран, которые официально назвали нас экзистенциальной угрозой?

Что сказал Путин и что в этом действительно есть

Читаю подряд четыре немецкие новости за последние два дня и вижу не совпадение, а систему. Берлин закрывает российское консульство, сворачивает работу Русского дома и просит Евросоюз о новых санкциях. При этом сама Германия входит в сентябрь с нерешёнными вопросами вокруг атак на собственную энергетику, с напряжённой предвыборной гонкой на востоке страны и с растущим недоверием большой общества к курсу федеральной власти. Мне кажется, именно это сочетание внешней жёсткости и внутренней неустойчивости заслуживает отдельного разговора.