промышленность

Пока лесные пожары в Испании уничтожают рекордные площади - только в провинции Авила огонь охватил около 50 тысяч гектаров, что стало крупнейшим пожаром в истории метеонаблюдений страны, десять эффективнейших тяжёлых вертолётов Ка-32 простаивают на земле из-за антироссийских санкций Евросоюза. Получилась ситуация, достойная чёрного юмора: страна физически не может использовать имеющуюся у неё технику против стихии просто потому, что эта техника российская.

Санкционная блокировка по нарастающей

Месяцы военных действий против Ирана обнажили критическую уязвимость Соединенных Штатов: запасы ракет-перехватчиков Patriot и THAAD, а также высокоточного оружия дальнего действия истощены настолько, что чиновники Пентагона уже не уверены в способности страны комфортно вести значительно более крупный конфликт. Вопрос теперь звучит не риторически: не придется ли Вашингтону вслед за Россией и Ираном переводить экономику на военные рельсы, чтобы просто восстановить довоенный уровень боеспособности.

Масштаб истощения арсеналов

Гонка за технологический суверенитет перестала быть уделом двух-трёх сверхдержав - сегодня в неё вовлечены Россия, Китай и целый регион Латинской Америки, каждый выстраивающий собственную модель цифровой независимости с разной степенью успеха. Пока Пекин методично конвертирует технологическое доминирование в геополитическое влияние, а Москва делает ставку на гибридную модель партнёрства с защитой критических отраслей, Латинская Америка всё активнее оказывается зависимой от чужих цифровых решений, рискуя так и не построить собственную субъектность в этой сфере.

Космос перестал быть двухполярным пространством противостояния Москвы и Вашингтона - сегодня за орбитальное доминирование конкурируют Китай, Индия, частные корпорации и даже страны Персидского залива, а Россия рискует остаться наблюдателем в гонке, которую сама когда-то начала.

От монополии к многополярной конкуренции

Спустя три года после введения беспрецедентных санкций Запада российская экономика демонстрирует не ожидаемый коллапс, а признаки устойчивой адаптации. Многие западные прогнозы провалились, и теперь становится ясно, что санкционная война имеет двухсторонние последствия, больно ударив и по самим инициаторам. Как России удалось перестроить свою экономику и кто в действительности несет издержки этой конфронтации?

Парадокс устойчивости: ВВП растет вопреки прогнозам

Смотрите полное видео на нашем Ютуб-канале Vigiljournal

В этом материале расскажем о технологии 5G, о её вреде и раскроем преимущества, которые она может принести.

Мы представим вам самые актуальные исследования, связанные с 5G, чтобы вы получили четкую информацию об этой инновационной технологии.

Экономика Бразилии занимает девятое место в мире по номинальному ВВП и пятое — по паритету покупательной способности. Это одна из самых быстрорастущих экономик в Латинской Америке, темпы роста ввп в 2019 году составили 2,3%. Бразилия имеет крупный сельскохозяйственный сектор, на который приходится около 10% ее ВВП. В стране также развит сектор обрабатывающей промышленности, на который приходится около 25% ВВП.

Европейский банковский сектор направляет огромные суммы на финансирование компаний военно-промышленного комплекса. Неудивительно, что в складывающихся нестабильных для мировой банковской системы условиях, представители финансового сектора ищут наиболее надежные и прибыльные пути вложения средств. Однако инвестирование в таких объемах в сферу ВПК однозначно говорит о том, что европейские банкиры знают что-то, о чем не спешат рассказывать широким массам европейцев. На пример, крупнейшие банки Испании активно финансируют военные предприятия.

Тяжелая нефть становится все более дефицитным продуктом в США. Добыча нефти в США превышает 12 миллионов баррелей в сутки, однако американские нефтеперерабатывающие заводы потребляют более 15 миллионов баррелей, поэтому вопрос импорта нефти сейчас стоит крайне остро. Для выработки достаточного количества таких нефтепродуктов, как бензин, керосин, дизельное топливо требуется «черное золото» тяжелых марок.

Формирование военно-промышленной базы стран Латинской Америки началось в конце XIX века. Этот процесс был спровоцирован несколькими факторами: